logo mobil

18.04 Любавичский ребе Менахем-Мендл Шнеерсон (Молодежь и поколение мудрых, Болезнь)

В начале 60-х возникло явление, которое позже стали называть «молодежной культурой». Все чаще представители молодого поколения выражали недоверие к старшим и отказывались от ценностей и образа жизни родителей и дедов.

image001Бунт. 1963 год.

Были в шоке и родители, и воспитатели, и религиозные лидеры. Но Ребе не был шокирован, а во всей этой шумихе он разглядел духовную пустоту. Эти молодые мужчины и женщины, говорил он своим хасидам, ищут Б-га, хотя и не осознают сами, что ищут и где это найти. Они сделали первый важный шаг, отказавшись от лжи, от придуманной людьми идеологии, под влияние которой их родители подпали сорок-пятьдесят лет назад. Теперь им надо помочь сделать второй шаг — прийти к изучению Торы и соблюдению заповедей, что станет ключом для раскрытия той Б-жественной сущности, которая еще жива в их душах.

Из выступления Ребе на празднике Пурим в 1963 году: «Нашему поколению были даны такие возможности, каких не было прежде. Речь идет о массовом пробуждении, которое называют "возвращением к истокам". Однако это название подразумевает, что человек должен пройти долгий и трудный путь, прежде чем доберется до этого истока. Но на самом деле у каждого, праведника или грешника, есть душа - "часть Б-га Всевышнего", и, чтобы добраться до истока, ему не надо никуда идти, ведь Б-г - в его собственных разуме и сердце. Надо только снять покровы, которые их скрывают. Но поскольку он не знает, как это сделать, то бродит вокруг, непрерывно возглашая о своем голоде и жажде. И в этой ситуации мы должны исполнить заповедь "Люби ближнего, как самого себя", то есть пойти к этому голодному и жаждущему, чтобы объяснить ему, в чем причина его страданий: в отсутствии Б-жьего слова».

Любавичские хасиды стали появляться в университетских городках по всей стране. Открывались центры молодежного досуга для студентов, организовывались уик-энды «Встреча с ХАБАДом» — молодых мужчин и женщин знакомили с богатством духовного мира Торы и хасидизма. После десятилетий, целых поколений ассимиляции молодые евреи совершали тшуву — возвращались к своим еврейским корням, к наследию своего народа.

Шестидневная война. 1967 год.
Весной 1967 года, когда в арабских столицах проходили военные парады и открыто говорилось о намерении вторгнуться на Землю Израиля, чтобы потопить ее жителей в море, страну охватила паника. Средства массовой информации в один голос предрекали: маленькое еврейское государство будет окружено и уничтожено врагами, и шансов на спасение очень мало, почти нет. Только голос Ребе вселял уверенность и надежду. «Страж Израиля никогда не спит и не дремлет», — сказал он, цитируя вечные слова Теилим. Б-г бдит над своим народом, где бы тот ни был, тем более в Святой Земле.

Из выступления Pебе в 1967 году: «[Государство Израиль] -это великое чудо, посредством которого Б-г позволил еврейскому народу жить независимо на Святой Земле, земле наших праотцев, земле, которую завещал еврейской нации Создатель неба и земли. Эта истина налагает особую ответственность на граждан Израиля и его правительство и дает им право сохранять еврейское единство страны. Ее образовательная система должна основываться на еврейских ценностях и традиции и вдохновляться ими, с тем чтобы ее граждане вырастали гордыми стражами еврейского наследия».

5 июня 1967-го Израиль нанес упреждающие удары у своих южных и северных границ, а шесть дней спустя мир был повергнут в изумление быстрой и полной победой. В течение одной недели на трех фронтах Израиль разгромил пять армий и освободил территорию Земли Обетованной.

Никто так, как Ребе не увидел широко распахнутое сердце народа. Это был библейский момент, самое время для космических свершений, и Ребе призвал еврейских лидеров поднять свои голоса: «Говорите о возврате к традиции, и вас будут слушать. Предложите им надеть тфилин, и они закатают рукава». Ребе хотел, чтобы победа в Шестидневной войне стала победой Еврейства.

«Глаза Б-га, Всесильного твоего, на ней от начала года и до конца года» (Дварим, 11:12). В этих святых словах Торы Ребе видел высшую гарантию физической безопасности Израиля. В равной мере его заботило духовное состояние Израиля, и он напоминал, что эта земля — Святая Земля как для нас, так и для всех народов мира. Поэтому мы, которым она доверена, обязаны охранять и умножать ее святость.

Ребе постоянно поддерживал связь с израильским правительством и военным руководством страны по вопросам обеспечения ее безопасности.

Когда бы ни поднимался вопрос «земля в обмен за мир», Ребе, как и во всех серьезных делах, искал указаний в Торе. Он выявил, что закон Торы содержит для Израиля условия мира и безопасности: они могут быть достигнуты только с позиций силы и уверенности в себе. Он настаивал, что любое проявление слабости или неуверенности побудит противников Израиля к дальнейшей агрессии и терроризму.

Озабоченность Ребе делами Святой Земли и его внутренняя к ней привязанность как личная, так и через тысячи его последователей и сотни организаций в Израиле, стали легендой. Народ Израиля ответил радушием. Портреты Седьмого Любавичского Ребе можно было увидеть даже на армейских блок-постах и у фалафельных от Эйлата до Метулы, и обратиться к нему за благословением и советом мог кто угодно — от «человека с улицы» до премьер-министра и армейского генерала.

Отставка и пенсия? 1972 год.
В день своего 70-летия Ребе получил тысячи писем с добрыми пожеланиями со всех концов света. Были среди них и такие, в которых спрашивали, не пора ли «сбавить обороты» и «успокоиться» после стольких десятилетий плодотворной работы. Ребе в ответ заявил: во-первых, он собирается начать кампанию, чтобы в течение предстоящего года открыть еще 71 новую организацию ХАБАДа. Затем он резко высказался против самой идеи отхода от дел.

В течение следующих десяти лет он говорил о несправедливости, непрактичности и явном безумии попыток вывести пожилых людей с орбиты продуктивной жизни. После десятилетий успехов их знания и таланты вдруг представляются бесполезными; после десятилетий участия в общественной жизни они вдруг становятся не заслуживающими уважения нахлебниками, которые должны быть благодарны всякий раз, когда молодое поколение оторвется от работы и развлечений, чтобы в день рождения отца забежать на полчаса поболтать и преподнести обязательный галстук!..

На первый взгляд, такое современное отношение может показаться отчасти оправданным. Разве неверно, что он или она с годами становится слабей? Но в этом, говорит Ребе, как раз все дело. Как надлежит измерять ценность человека? Если его физическая сила убывает, а жизненный опыт, проницательность, мудрость возрастают, то это улучшение или ухудшение?

Из выступления Ребе в день 70-летия: «Меня спросили: "Теперь, когда вам исполнилось 70, что вы собираетесь делать? Похоже, самое время немного отдохнуть". Я ответил на это, что мы должны начать добиваться еще больших результатов. По случаю моего 70-летия в этом году мы должны создать по крайней мере семьдесят новых организаций! Я буду партнером каждого, кто возьмется за осуществление этих проектов. Мы будем покрывать не менее десяти процентов расходов на финансирование этих 71 организаций. И не расстраивайтесь, если в течение этого года нам удастся открыть их не 70, а 80 или, может быть, даже 100 - наоборот! - я благословлю всех, кто примет в этом участие, и в пределах оговоренных десяти процентов не будет никаких проблем...»

«Конечно, — говорит Ребе с улыбкой, — двадцатилетний может танцевать ночь напролет, а его бабушка устанет через несколько минут. Но в конце концов человек создан не для того, чтобы танцевать часами. Человек создан, чтобы сделать жизнь на земле чище, ярче и святее, чем она была до его появления на сцене». Это нечто такое, в чем пожилой может добиться не меньших, а иногда и больших успехов, чем молодой.

Но Ребе никогда не критиковал, не предлагал взамен конкретный способ исправления. В 1980 году он основал всемирную сеть учебных центров для пенсионеров. Изучение Торы даст им новый интерес к жизни, говорил Ребе. Это раскроет им глаза на собственное достоинство и собственный потенциал, превратит их из «бывших» в светочи их семей и общин. Выход в отставку, на пенсию, если его правильно использовать, может послужить мощным средством окончательного искоренения самой этой идеи из разума и жизни человека.

А как Ребе отметил свое 80-летие? На фарбренгене, состоявшемся по этому случаю в 1982 году, он вновь призвал к «массированному наращиванию» деятельности ХАБАДа. Под конец своего шестичасового выступления, которое началось в 21.30 и по времени равнялось полному рабочему дню, Ребе лично вручил каждому из присутствовавших — а было 10 000 мужчин, женщин и детей — подарок: специальное издание Тании. Последний из присутствовавших получил свой подарок в 6.15 утра.

Танк заповеди. 1974 год.
В 1974 году на улицах Манхэттена люди с удивлением стали встречать странную повозку, которая привлекала всеобщее внимание даже среди шума и гама толпы. То был странный фургончик вроде варьете. Его задняя дверь вращалась, открывая взору большой деревянный стол, две скамьи и молодых бородатых мужчин в черных шляпах. Из громкоговорителя, укрепленного на крыше, перекрывая грохот Манхэттена, звучал четвертый выпуск попурри из хасидских песен. Большие плакаты на стенках движущегося фургончика провозглашали: «Танк Заповеди», «Тфилин в дороге», «Заповедь на месте для идущих людей»... Ребе разослал свои «танки» на поле битвы за душу американского еврея. Значительная часть американских евреев перестала накладывать тфилин и молиться, и Ребе «понес тфилин в массы».

Из обращения Ребе в 1974 году: «Танк попадал в колдобины и выбоины, но просто пересекал их, чтобы переехать на другую сторону. Сила танка просто сломила железный барьер. Такова задача нашего "танка": если есть духовные колдобины и выбоины или даже барьер, - вещи, которые не ассоциируются в сознании со святостью, в любом случае надо идти и выполнять свою миссию - изгонять дьявола и приносить добро и Б-жественность в мир».

Он посылал своих студентов, чтобы они останавливали на городских улицах первого же встречного еврея. «Простите меня, сэр, — должен был сказать посланник, — вы еврей?» Получив утвердительный ответ, он должен был продолжить: «Вы хотели бы надеть сегодня тфилин? Это заповедь». И еврей приглашался в фургончик, где ему помогали надеть на руку и голову тфилин и произнести краткую молитву.

Если встречалась женщина, она получала в подарок набор из подсвечника, свечей и брошюры с подробной информацией о зажигании субботних свечей на иврите и английском, где объяснялась важность соблюдения Субботы в еврейском доме. Потом эти люди получали литературу, из которой узнавали о хасидизме, о «мицва-кампаниях». Им содействовали в делах от приобретения мезузы до подбора для их детей одной из еврейских школ.

Со временем вагончики были вытеснены разборными домиками, экипированными книжными полками и комфортабельными сиденьями для непродолжительных дискуссий или импровизированных занятий. Концепция при этом оставалась прежней: выходить в мир навстречу евреям и помогать им выполнять заповеди.

Слово «мицва» означает «заповедь». Тора содержит 613 мицвойс — священных заповедей для еврея. В этом слове заключено и значение связи: действие, которое человек исполняет перед Б-гом, заповедовавшим ему это действие, связывает их — человека и Б-га.

До «Кампании заповеди», проведенной Ребе, понятие «мицва» носило характер частного действия, совершаемого религиозным евреем дома или в синагоге, поэтому акция Ребе вызывала немало удивления. Что за идея исполнять заповеди по пути на ужин в некошерном ресторане?.. Заповеди рассматривались как детали, из которых складывался стиль еврейской жизни, бессмысленные при невыполнении всего остального.

Ребе же видел это по-другому — как связь между человеком и Б-гом, как мост между Создателем и его творением. Заповедь — действие космического значения, безграничного проникновения в себя. Цитируя Маймонида, Ребе неустанно повторял: один человек, выполняющий одну мицву, может это делать, задействовав все свои силы, и приносить таким образом спасение целому миру.

Болезнь. 1978 год.
Ночью веселого праздника Шмини Ацерес в 1977 году, 4 октября, когда Ребе праздновал вместе с тысячами хасидов в своей синагоге, его пронзила сильная сердечная боль. После этого приступа он долгое время не выходил из своего офиса, и только пять недель спустя, в первый день месяца кислев, наконец возвратился домой. Эта дата была справедливо названа хасидами «Днем празднования и благодарения».

«Если человек потерял частично свою дееспособность или какой-то орган тела, само это указывает, что Б-г дал ему специальные силы и полномочия, чтобы преодолеть различные ограничения и превзойти достижения обычных людей. Вы не инвалиды, но особенные и уникальные люди, поскольку обладаете потенциалами, отсутствующими у остальных людей. Поэтому я предлагаю, чтобы впредь вы не называли себя "инвалидами", но назывались "особенными людьми", — этот термин более точно определяет то, что вас отличает».

Доктора пугали Ребе: если он продолжит столь активный образ жизни, то на 60 процентов вероятно, что приступ повторится... Но Ребе и в этом прогнозе видел лишь положительную сторону: доктора гарантировали 40 процентов, что его здоровье будет в порядке. Двумя годами раньше, летом 1976-го, группа израильских инвалидов — ветеранов войны, прибывшая в Америку по программе, которую спонсировало израильское Министерство обороны, посетила Ребе. 10 больших фургонов транспортировали их инвалидные коляски от нью-йоркской гостиницы до синагоги Ребе на Восточном бульваре Бруклина.

В течение нескольких минут Ребе шел среди них, направо и налево пожимая протянутые руки, даря улыбки, беседуя. Он обратился к ним на иврите, извиняясь при этом за свой акцент.

В 1976-м подобный подход еще не был широко распространен, и официальные термины, определявшие состояние таких людей, в частности среди врачей, носили по своей сути скорее негативный характер. Но Ребе задействовал древнее хасидское утверждение: «Думайте о хорошем и будет хорошо».

Действительно, лицо Ребе, обращенное к людям, потерявшим здоровье, защищая свой народ, лучилось теплом, весельем и оптимизмом. Многие из них позже говорили, что с момента получения тяжелой травмы или увечья это был первый раз, когда другой человек их встретил такой естественной реакцией и взгляд его не был взглядом жалости, вины или отвращения. Но когда Ребе вернулся в свою комнату, его личный секретарь видел, насколько он был подавлен. Прошла целая неделя, по словам секретаря, пока Ребе оправился от потрясения.

 

Опубликовано в Еврейский календарь

Copyright © 2015 Еврейский Фонд Украины. Все права защищены. Разработка сайта : Dreamix.com.ua    Карта сайта